"Итоги". ВАДАворот

Президент МОК Жак Рогг одержал большую личную победу. В начале марта на конференции Всемирного антидопингового агентства (ВАДА) в Копенгагене Рогг под угрозой отлучения от олимпийских соревнований буквально вынудил представителей 50 стран подписаться под Антидопинговым кодексом. Так вопрос допинг-контроля окончательно превратился в глобальную проблему спорта. У спортивного сообщества больше не должно оставаться иллюзий: Антидопинговый кодекс ставит ВАДА над спортом. Рогг, лоббирующий интересы агентства, заявил: "Мы будем подозревать всех и каждого. Я готов обойтись без участия в Играх лучших баскетболистов или хоккеистов, если они откажутся подчиняться правилам". Однако уже раздаются голоса специалистов, утверждающих, что антидопинговая политика нынешнего руководства МОК заведет спорт в тупик. О ситуации с допинг-контролем и различных взглядах на проблему допинга в целом "Итогам" рассказал Сергей Португалов, признанный эксперт в области спортивной медицины, заместитель директора ВНИИ физической культуры по медицине.

- Говорят, что спортсмены во многих видах вышли на предел человеческих возможностей и что новые рекорды невозможны без допинга...

- Некоторые виды спорта действительно достигли по результатам своего потолка. Когда лыжницы бегут в день по 50 километров, а пловцы проплывают по 15-17 километров, прибавлять уже некуда. Технология получения рекордов нынче комплексная - это не просто сунуть какую-то таблетку. Не от этого результаты растут. Во-первых, надо собирать как можно больше информации о состоянии спортсмена не только во время соревнований. А во-вторых, находить в параметрах этих наблюдений, что лимитирует рост, и пытаться разными методами помочь спортсмену. Весь мир, например, охотно использует альпийские "домики" (у нас на это денег нет). Домик такой - это некая емкость, палатка или комната, из которой компрессорами откачивается воздух и создается разряженная атмосфера. После тренировок туда отправляются спать атлеты, эффект - как будто ЭПО приняли. Это пример технологического подхода. Вообще без высоких технологий современный спорт немыслим. А элемент высоких технологий - использование соответствующих лекарственных препаратов или биологически активных добавок. Запрещенных или нет - другой вопрос.

- МОК и ВАДА объявили борьбу с допингом своей первоочередной задачей. Объясняют они это заботой о здоровье спортсменов. Ваше мнение?

- Я лично уверен, что давно пора пересмотреть взгляд на допинг. По этому поводу существуют две полярные точки зрения. Одну высказывают так называемые "голуби" - те, кто предлагает разрешить легально принимать запрещенные препараты. При этом экономятся громадные деньги: не надо будет оборудовать дорогостоящие антидопинговые лаборатории, оплачивать их содержание и проведение самих тестовЙ Но такой подход может оказаться губительным, так как здоровью людей действительно может быть причинен вред. Кстати, впервые в истории о допинге заговорили в конце XIX века в связи со стрихнином. Это вещество стимулирует работу сердца (to dope в переводе с английского - "стимулировать лошадь"), но при передозировке вызывает смерть. С другой стороны, есть "ястребы", представляющие точку зрения ВАДА. Они ратуют за запрет всего, что включено в допинговый список МОК, и стремятся расширять его бесконечно. А список этот отнюдь не маленький. Я думаю, что истина не бывает ни белая, ни черная - она где-то посередине. Тотальные запреты, наверное, все-таки бессмысленны. Чем больше запретов, тем больше желания их обойти. На мой взгляд, стоило бы резко сократить перечень запрещенных препаратов, ведь далеко не все они такие опасные для здоровья.

- Под ваше "сокращение" попал бы известный эритропоэтин, из-за которого в Солт-Лейк-Сити была дисквалифицирована Лариса Лазутина?

- Я могу представить ситуацию, при которой прием ЭПО не только не вреден, но и полезен. У женщины во время месячных происходит резкое падение уровня гемоглобина в крови, скажем, с 15,5 единицы (это показатель, близкий к пределам) до 13,5. При этом спортсменка должна соревноваться с теми, у кого гемоглобин в норме. Почему в таких условиях надо запрещать вещества, которые стимулируют образование гемоглобина, мне, например, непонятно: в определенных условиях он становится полезным препаратом.

- Выходит, не все, что называют допингом, по сути является таковым?

- К каждому новому "чудодейственному" препарату стоит относиться с известной долей скептицизма. Вначале появляются слухи о каком-то невероятном средстве вроде креатина (вещество, содержащееся в натуральном мясе и способствующее наращиванию мышечной массы. - "Итоги"). Проходит некоторое время, и обнаруживается, что это вовсе не чудодейственное средство и, строго говоря, неизвестно, как его применять. Затем наступает фаза полного отрицания. А уж потом выясняется, что пользоваться средством можно, но с умом. А жуткие побочные эффекты по большей части надуманны. И бессмысленно пугать тем, что еще не изучено. Ну чем помешало авторитетам от допинга обнаруженное у Алины Кабаевой мочегонное средство? (Гимнастку из-за этого дисквалифицировали на год. - "Итоги".) Что дурного, если Кабаева сгоняла вес? Я понимаю, в некоторых видах спорта, скажем, в штанге, диуретики могут маскировать применение других, более опасных препаратов. Но чем себе навредил прыгун с трамплина, принявший "мочегонку", когда ему надо было избавиться от полутора килограммов? Концепция "запрещать и не пущать" в конце концов заведет спорт в тупик. В результате будем ждать не спортивных соревнований, а результатов допинг-контроля и упиваться не красотой соревнований, а скандалами, им сопутствующими.

- Может быть, чиновники МОК и ВАДА просто боятся потерять работу?

- Не только работу, но и серьезные источники финансирования. Заниматься допинг-контролем - очень прибыльное дело. На фоне всеобщего разглагольствования о всемирном антидопинговом законе соответствующие лаборатории (в этот элитный клуб сейчас в мире, по-моему, входит 27 лабораторий) будут получать немалые средства от государства на оборудование. Которое, кстати, полагается примерно каждые пять лет обновлять. А это миллионы долларов. Такие лаборатории проводят заказные работы (стоимость, к примеру, одной пробы на ЭПО около 500 долларов), составляют свои планы по охвату различных видов спорта, получают на это гранты от МОКЙ Прорисовывается целый социальный слой, крайне заинтересованный в запрете допинга.

- В то же время шеф ВАДА Ричард Паунд заявляет, что допинг принимает всего один процент спортсменов. И ради выявления этого одного процента ВАДА хочет держать в страхе всех?

- Паунд говорит: "Мы будем подозревать каждого". О презумпции невиновности речи не идет. Люди из ВАДА будут тестировать атлетов всюду, где им только взбредет в голову. Паунд вообще заявил, что пробы "В", этой последней надежды спортсменов на оправдание, нам не надо. Это все больше напоминает охоту на ведьм. Непонятно только, что сами-то спортсмены молчат? Они же центральное звено! До тех пор пока они не объединятся и не попытаются противодействовать нажиму ВАДА, дело не сдвинется. Задумчивая комиссия спортсменов, существующая в МОК, права почему-то не отстаивает. Принятие всемирного Антидопингового кодекса, хоть оно и отложено до 2006 года, ставит ВАДА над спортом. Агентство требует изменить законодательство в странах, принявших кодекс. Не примете - извольте в наши Олимпийские игры не играть: не пустим.

- Можно отстаивать интересы спортсменов в суде...

- На многое открыл глаза процесс Лазутиной. Несмотря на многочисленные нарушения процедуры забора проб, ее, как известно, не оправдали. А ведь нарушение процедуры - единственная защита спортсмена: даже при наличии положительной пробы контролеры должны соблюдать правила, которые сами же выработали. А на деле получается: вышла разнарядка ловить - ловим. Не вышла - смотрим сквозь пальцы: "этот случай не считается принципиальным".

- Список допингов обновляется периодически?

- Да, но МОК это делает совершенно произвольно. Только почему бы медицинской комиссии МОК, которая так ратует за здоровье спортсменов, не разработать списки того, что разрешено? Почему бы не подсказать атлетам, как им быстрее восстановиться после нагрузок?

- Какие страны самые продвинутые в области медикаментозной поддержки? Приходилось слышать, что медицинская комиссия МОК собирается пристально наблюдать за атлетами из Китая...

- "И учтите, что за вами постоянно и пристально наблюдают". У Войновича в "Чонкине", помните? Пусть наблюдают, но зачем пугать? А то это уже вышло на уровень государственного шантажа. МОК старается поддерживать тревожную атмосферу, подпитывает средства массовой информации соответствующими утечками. Преследуются разные задачи: показать, как мы боремся, и напугать, чтобы неповадно было.

- На каком уровне наша спортивная медицина?

- Последние два-три года мы стали потихоньку компенсировать то отставание, которое наметилось с 1994 года. Наверстать упущенное так и не удалось. Нельзя только запрещать. Надо иногда и что-то предлагать взамен. Спорт - это изначально соревнование неравных людей: кто-то выигрывает, кто-то проигрывает. Вы только почитайте определение спорта в Олимпийской хартии. Если без допинга, то "это радость". С допингом - "позор и порицание". Но если на предстоящих Олимпийских играх в Афинах спортсмен-грек, выигравший золотую медаль, получит миллион долларов, понятно, что о "порицании" он думать не будет.

- Почему, на ваш взгляд, профессиональные американские лиги - НХЛ, НБА, НФЛ - отметают все приставания с допинг-проверками?

- Потому что Олимпийские игры для них - тьфу, не соревнования. Хотим - поедем, хотим - нет. Идите-ка вы от нас с вашей ВАДА. ФИФА тоже, надо сказать, не пускает допинг-проверки на чемпионат мира: "Не дадим вам отравить наш праздник футбола, когда там порядка 10 миллиардов крутится. Наш чемпионат раз в пять круче, чем ваши Олимпийские игры". Я удивлен, что ВАДА допустили до профессионального тенниса. Международная федерация тенниса - единственная из финансово независимых федераций, которая на это пошла. Наверное, по недомыслию. Вот когда начнется забор крови за два часа до игры, тогда теннисисты возьмутся воевать. Тем более что риск применения допинга в теннисе невелик.

- Думаете, знамя революции среди спортсменов поднимут теннисисты?

- Когда-то кто-то все-таки начнет. А то, глядишь, в следующий раз чиновники ВАДА придумают что-то покруче, например забор спинно-мозговой жидкости из позвоночного столба. Забор крови, принятый сейчас, тоже, конечно, безобразие. Тем более что нет стопроцентной надежности этого теста.

- Каков ваш прогноз ситуации с допингом в целом?

- Шутить как-то не хочется. Фарисейства во всем этом много. Да и содержательная база подо всем этим очень слабаяЙ А ведь была попытка начать новую жизнь. Незадолго до своего ухода президент МОК Хуан Антонио Самаранч на конгрессе в Лозанне призвал либерализовать список запрещенных веществ, оставив то, что действительно опасно. Самаранча обвинили в оппортунизме. Тут же возник этот безумный скандал, связанный со взятками при выборе столицей зимних Игр Солт-Лейк-Сити. Похоже, это было не случайно. Кому-то захотелось надеть на Самаранча узду. Тот лозаннский конгресс так и закончился ничем. Зато было принято решение создать ВАДА. И во что это превратилось?